В Калининграде на дискуссии в БФУ обсудили советские молодежные традиции в современной России

В Калининграде на дискуссионной площадке патриотического клуба БФУ имени И. Канта «9 апреля» 17 февраля состоялась дискуссия на тему: «Советские молодежные традиции в современной России».

imageФормат дискуссии был несколько необычным: экспертам и зрителям предлагалось выбрать, какой точки зрения они придерживаются, и после дискуссии проголосовать снова, чтобы узнать, изменились ли мнения аудитории:

— лучшие советские традиции можно и нужно возродить в современной России;

— мы живем в совершенно новой реальности и все советские традиции неактуальны и нереализуемы.

imageОбсуждение шло настолько активно, что участникам не помешал даже неожиданно погасшие электролампочки, дискуссия продолжилась под освещение экранами телефонов. И если в начале беседы высказывались зрители старшего возраста, то теперь к ним присоединились и студенты, прокомментировали в Калининграде сегодня, 21 февраля 2017 года, собкору Мой Калининград в БФУ имени Канта.

Владимир Кривошеев:

— Как человек, воспитанный комсомолом, могу сказать, что его беда была в том, что в организации состояло 42 миллиона человек. По уставу могли состоять люди от 14 до 28 лет. Представьте себе школьника 8 класса, барышню-кассира в сберегательной кассе и капитана советской армии – и все это была одна организация.

Комсомольская организация СССР была определенной формой социальности. Давайте посмотрим на политику, бизнес, ведь что там главное? Уметь наладить контакты, работать с людьми, согласитесь, это очень важно. Многие наши политики и бизнесмены в свое время состояли в комсомольской организации.

Возродить комсомол, конечно, не получится. Но посмотреть на опыт и взять из него нечто позитивное, даже этой социальности, самоорганизации, — нужно. Самоорганизация чрезвычайно важна. В университете никогда не стоял вопрос, кто будет проводить вечер факультетов, день физмата, стенгазеты. За нас, студентов, этого не делал никто. Были ли среди членов комсомола карьеристы? Были, конечно. 42 миллиона, мотивация у всех разная. Шли туда, чтобы делать карьеру? Конечно. И вот от таких я предлагаю освобождаться тем организациям школьников, студентов, и сегодня.

Александра Зелко:

— Вопрос дискуссии с подвохом. С одной стороны мы понимаем, что возрождать то, чего нет, очень тяжело. Меняются люди, время, условия, и пытаться зацепиться за то, что ушло, сложно. Когда говорят, что российское движение школьников — это возрождение пионерии, я не согласна. А с другой стороны, мы понимаем, что изобретать колесо — дело неблагодарное.

Мы пришли к выводу, что надо создавать что-то новое, но при этом хорошо изучать исторический опыт, лучшие практики. Мы можем долго ругать и выискивать отрицательные стороны, но комсомол и пионерия были частью нашей славное истории. В любом случае вовлекать молодежь в какие-то формы деятельности надо обязательно.

Нина Саблина:

— Я из тех, кто в 70-е года заканчивал университет, была секретарем комсомольской организации химико-биологического факультета, помню профкомы, студенческие капустники. Сегодня — я директор школы, которая находится рядом с университетом. Я прошла пионерию, комсомол, была октябренком, и знаете, все было очень торжественно, действительно идеологизировано, но для детей стать октябренком было очень важно.

Мне понравилось, когда предыдущие эксперты говорили, что главное – это опыт общения, опыт диалога. Да, есть интернет. Сейчас, когда я говорю со своими старшеклассниками, я понимаю, что это большая проблема: вошли в интернет и пропали. Наш министр образования высказывала мнение о том, что школьники не умеют писать, не могут выражать на бумаге свои мысли, много чего не умеют. Эта проблема очень актуальна для России, мы не умеем говорить по-русски, пишем слова благодарности через телефон, а высказать свою мысль грамотно не можем.

comments powered by HyperComments
Читать новости удобнее в  Telegram