Борис Шпигель стал жертвой передела фармацевтического рынка

Задержание губернатора Пензенской области Ивана Белозерцева и найденные в его доме сотни миллионов рублей стали настоящим шоком для жителей региона и всех россиян. Следствие уверено, что чиновник замешан в криминальных деяниях и нажил состояние нечестным путём, а конкретно – взятками. По делу Белозерцева проходит и один из крупных и известных бизнесменов Борис Шпигель. Видеокадры того, как обездвиженного создателя одной из крупнейших фармацевтических компаний России «Биотэк» на носилках заносили в суд, также вызвали шок – только иного рода: зачем 68-летнего мужчину, находившегося по словам медиков на грани жизни и смерти, обязательно тянуть в суд, а не дать ему прийти в себя.

Борис Шпигель. Фото / Источник: Алексей Майшев / РИА Новости
Борис Шпигель. Фото / Источник: Алексей Майшев / РИА Новости

Известно, что в изолятор Шпигелю несколько раз вызывали скорую помощь, а по прибытии в суд он самостоятельно просто не мог подняться на второй этаж в зал судебных заседаний. Даже неспециалисту было ясно, что это настоящее издевательство над человеком – вне зависимости от того, что именно инкриминируют ему. В итоге врачи были вынуждены отправить его в больницу исходя из состояния здоровья. Возник логичный вопрос: была ли такая острая нужда в содержании больного человека в условиях, угрожающих его жизни? Конечно, такой необходимости нет. Но отечественная Фемида не склонна к жалости, хотя порою довольно изобретательна и избирательна – кому-то несколько условных сроков подряд, а кого-то – сразу в каталажку.

А ведь история знает множество примеров, когда подозреваемые в куда более тяжких экономических (и не только) преступлениях, дожидались суда под домашним арестом. И в случае с Борисом Шпигелем домашний арест вполне был бы разумной мерой: следствие могло заниматься тем, чем ему положено заниматься, а тяжело больной человек – не сидеть в изоляторе, но одновременно с этим был бы полностью контролируем.

В разговоре с членом ОНК Евой Меркачевой, побывавшей в СИЗО, Борис Исаакович сказал: «Я не жилец». Он сообщил о том, что ему очень тяжело дышать.

Эксперты рынка не исключают, что всё дело против Шпигеля может быть проявлением недобросовестной конкуренции со стороны компаний, заинтересованных в устранении успешной «Биотэк». Сообщалось о том, что Шпигель якобы в виде взятки подарил Белозерцеву дорогой автомобиль, но на деле это не так — транспортное средство числится на балансе фармгиганта и, конечно, никому не дарилось. Это легко проверяется по документам. Плюс те, кто оперирует суммами, которые якобы заработал «Биотэк» на ковиде, не понимает, что Группа Компаний выступает как дистрибьютор, и основную прибыль получает производитель.

Одновременно с этим нужно учесть, что «Биотэк» действительно успешная компания, а потому взятки – скорее метод менее успешных, желающих получить долю на рынке. В то время как у компании Бориса Шпигеля эта доля и без того имелась. В этой связи обвинения в коррупции, которыми оперирует пресса, хотя и выглядят громко, но едва ли столь ужасны на самом деле. А вот выбить конкурента – легко. Плохо, что ситуацию с губернатором, подозреваемым во взяточничестве, используют против бизнесмена, так много сделавшего для страны.

Вне сомнений: дело должно объективно расследоваться и следствие обязательно выйдет на тех, кто пожелал устранить сильного конкурента, воспользовавшись ситуацией. Подобного мнения придерживается председатель совета общественных организаций по защите прав пациентов при федеральной службе по надзору в сфере здравоохранения Ян Власов, сообщивший в разговоре с «КП» следующее: «Думаю, что эта тема связана исключительно с бизнесом. Игроки пошли ва-банк, никакой политики, думаю, за этим нет, и подобного рода «священные жертвы» приносить нельзя. И участвовать в этом государственным органам, показывая по какую сторону бизнеса они стоят, да ещё и накануне выборов мне видится не вполне дальновидным».

Ян Власов напомнил, что фармацевтический бизнес в стране – один из самых напряжённых с точки зрения конкуренции, где компании стремятся самыми разными методами устранить конкурентов.

В любом случае, помещение больного человека в СИЗО – неоправданная мера. Убежать он никуда не убежит, помешать следствию – тоже. Что ещё нужно? Тем более правительством и президентом неоднократно декларировалась необходимость ухода от практики посадки предпринимателей в СИЗО до вынесения приговора.

О том, что Борис Шпигель болен – это не какая-то уловка его защитников. Об этом известно с 2006 года, о чём на суде рассказал его личных врач Умеджан Абдурахманов: проблемы с сердцем заставили бизнесмена находиться под постоянным контролем кардиореаниматологов. Инфаркт – это самая большая опасность в его ситуации. И, конечно, в СИЗО возможности спасти жизнь или применить адекватные меры медицинского реагирования будет весьма затруднительно.

На данный момент Басманный суд Москвы вынес решение задержать Бориса Шпигеля по «делу пензенского губернатора» до 20-го мая.

Читать новости удобнее в  Telegram